Кирилл Дмитриев президент фонда прямых инвестиций Icon Private Equity
Экономическая рецессия не могла не отразиться на рынке private equity. Компании, которые управляли инвестфондами, приостанавливали реализацию проектов, количество новых сделок серьезно уменьшилось. Недостатка в апокалипсических прогнозах, касающихся всех секторов экономики, не было, многие опасались новой Великой депрессии в духе 1930-х гг.
К счастью, худшие ожидания не оправдались, ни один из рынков не рухнул (хотя снижение было впечатляющим). Зато некоторые из них прошли своеобразный катарсис. Рынок private equity — в их числе. Нерациональная уверенность в том, что цена активов не будет снижаться, привела к «гонке вооружений»: в погоне за будущей прибылью, в стремлении увеличить свою долю на рынке многие фонды явно переоценили перспективы реализуемых проектов. Часть инвестиций была совершена именно в период пиковых цен на активы. В итоге обесценившиеся инвестиции привели к убыткам. Вторая немаловажная проблема — некоторые портфельные компании, которыми владеют фонды private equity, осуществляли свою деятельность в том числе и за счет банковских кредитов. Понятно, что при убыточных инвестициях возвращать займы банкам крайне сложно.
Тренды, повлиявшие на деятельность фондов прямых инвестиций в 2008 г., отличались мощной разрушительной силой. Российская индустрия фондов private equity показывала на протяжении 2008-2009 гг. не самые лучшие результаты. Но сейчас ясно, что негативный тренд сломлен.
Кризис научил инвесторов, в том числе фонды private equity, осторожности: у них уменьшилось желание рисковать, входить в капитал компаний по завышенной цене. В период неопределенности российские фонды private equity начали вести себя рационально и консервативно, о массированных вложениях средств речь не шла.
На новый качественный уровень выходит сотрудничество фондов прямых инвестиций с российскими банками. Не секрет, что ряд компаний, ставших реципиентами инвестиций от фондов private equity, а также многие портфельные компании испытывают сложности с обслуживанием банковских кредитов.
Фонды прямых инвестиций оказались в нужное время в нужном месте. Банкам приходилось принимать на себя управление бизнесом вышеприведенных заемщиков, что не вызывало у менеджеров финучреждений прилив энтузиазма. Фонды private equity приобретали доли в компаниях, которые столкнулись с проблемой возврата кредитов. Таким образом, удавалось убить одним патроном двух вальдшнепов. У банков рос уровень доверия к заемщикам, следствием чего был отказ от вынужденного участия в управлении его бизнесом, пролонгация и реструктуризация выданных кредитов. Компании же получали дополнительное финансирование, что позволяло в самый сложный момент создать предпосылки для успешной реализации бизнес-проектов.
Не чураются фонды прямых инвестиций и участия в управлении теми бизнесами, которыми банковские учреждения все же вынуждены руководить, — речь идет о тех случаях, когда в условиях невозможности погашения кредитов бизнес заемщика становился собственностью финучреждения. Понятно, что менеджеры фондов private equity объективно обладают лучшими навыками в управлении бизнесом.
В общем, слухи о смерти рынка прямых инвестиций оказались сильно преувеличены. Рынок не просто жив, он активно развивается. Большой успех имеют так называемые special situation funds — фонды, вкладывающие средства в конкретные инвестиционные ситуации, например связанные с реструктуризацией долгов, слияниями и поглощениями, выплатой дивидендов.
Позитивные тенденции наблюдаются на международных рынках. В тучном 2007 г. пять самых крупных сделок с частным акционерным капиталом суммарно были больше, чем годовые бюджеты России и Индии. Активы фондов прямых инвестиций и хеджевых фондов составляли более $3,5 трлн. В настоящее время объем средств данных фондов вплотную приблизился к докризисному уровню. Денежные ресурсы фондов прямых инвестиций по-прежнему существенно опираются на средства пенсионных фондов и на деньги, взятые взаймы у банков. Это свидетельствует о доверии к фондам прямых инвестиций.
Я полагаю, что в России в ближайшее время успешны будут те фонды прямых инвестиций, которые смогут эффективно работать с малоликвидными активами на основе прямого участия в операционной деятельности компаний, в которые осуществляются инвестиции. Будут популярны такие виды прямых инвестиций, как скупка крупных долей у компаний, которые являются консолидаторами в той или иной отрасли и имеют возможность приобрести конкурентов по низкой оценочной стоимости. Перспективным считаю и вход в акционерный капитал компаний, которым нужно срочно решить проблемы с ликвидностью.
Хотя далеко не полностью снизился уровень рисков, повысилась доходность инвестиций — для российских фондов private equity внутренняя ставка доходности возросла с 30% до 40-50%. Думаю, что инвесторам, ранее занимавшим выжидательную позицию, есть смысл подумать о том, какие шансы пока еще предоставляет им кризис.
